Женщины для битья. В Кыргызстане год начался с информационного шума вокруг домашнего насилия и убийств

Кыргызстан / Общество    14 янв., 15:38, 2020 г.    176

Фото с сайта Losspreventionmedia.com

На новогодних праздниках в Кыргызстане сразу две женщины погибли от побоев, нанесенных мужьями. В стране тут же стала активно обсуждаться тема семейного насилия. 9 января премьер-министр Мухаммедкалый Абылгазиев поручил ускорить совершенствование законодательства в сфере борьбы с этим явлением. Ранее в стране уже возникали подобные стихийные кампании — в 2018 году общественность активно выступала против похищений «невест», а в 2019-м — против насилия над детьми мигрантов. Однако нельзя сказать, что поднятый шум привел к искоренению этих явлений.

Семейный праздник

Вечером 31 декабря кыргызстанец Сагынбек Садабаев позвонил своей младшей сестре, проживающей в селе Жаны-Жол Нарынской области, чтобы поздравить ее с Новым годом. На звонок ответил муж сестры. Он сказал, что она не может подойти к телефону. Садабаев пригласил супружескую пару в гости. Зять ответил, что они собираются встретить Новый год у друзей, и пообещал приехать к родным жены на следующий день.

В 2 часа ночи 1 января Садабаеву позвонили незнакомые люди. Они сказали, что его сестра находится в реанимации. Родственники женщины поехали в больницу, но там не нашлось такой пациентки. Не знали о ней и на станции скорой помощи. Тогда родня приехала к дому женщины. Вокруг собралась толпа людей, но никто не мог объяснить, что случилось. Вскоре появились милиционеры. Наконец родственники выяснили, что женщина умерла. На следующий день они отправились в морг забирать тело. Оказалось, что женщина была сильно избита, у нее были вырваны волосы.

В УВД Нарынской области заявили, что в 00:40 1 января в дом в селе Жаны-Жол был вызван фельдшер. Приехав, он обнаружил в спальне тело 36-летней женщины. Милиционеры вскоре задержали 33-летнего супруга погибшей. Тот признался, что избил жену, и пояснил, что ссора произошла из-за денег. По словам мужчины, он дважды ударил жену по лицу, а когда она упала — пинал ее ногами.

Садабаев сказал журналистам, что сестре и раньше приходилось терпеть побои мужа. Родственники женщины пытались говорить с зятем, но ничего не помогало. Недавно мужчина увлекся религией и стал ходить в мечеть. Родственники жены надеялись, что это изменит его поведение, но, как оказалось, зря. У пары было четверо детей — младший учится во втором классе, старший в этом году закончит школу. В момент избиения матери дети находились в доме.

Дом в Баткене, в котором проживала погибшая женщина с супругом. Фото с сайта Turmush.kg

Четырьмя днями позже, в ночь на 4 января, в Баткенскую областную больницу была доставлена 26-летняя жительница регионального центра. Ее муж сначала вызвал скорую помощь, а затем, не дожидаясь бригады, сам отвез пострадавшую в клинику. Медикам он сообщил, что женщина упала. Но характер травм указывал на другое. На теле пациентки было множество гематом и следы ожогов. Врачи не смогли спасти ей жизнь.

Мужа умершей задержали по подозрению в избиении. Вскоре он признался, что примерно в 18:30 3 января поссорился с женой и начал ее бить. К ночи мужчина осознал, что нанесенные травмы слишком серьезны, и попытался спасти супругу, но было уже поздно. У пары осталось трое детей.

Народный гнев

Обе эти истории попали в СМИ практически одновременно, 4 января. Из-за новогодних праздников реакция общественности слегка запоздала, но постепенно эти два убийства стали одной из главных тем в киргизских СМИ и соцсетях. Любопытно, что одним из первых на случившееся отреагировал Замирбек Кочорбаев — лидер организации «Кырк чоро», отстаивающей традиционные ценности. 8 января, в первый рабочий день после праздников, он заявил, что положение женщин якобы ухудшилось после принятия новых Уголовного и других кодексов, вступивших в силу 1 января 2019 года.

«Руководитель одного РОВД рассказывал, что после вступления в силу новых кодексов милиционеры в случаях домашнего насилия связаны по рукам и ногам. Если раньше они могли драчуна или пьяного дебошира, по крайней мере, закрыть на 15 суток, то теперь это невозможно», — пояснил Кочорбаев. И, конечно же, добавил: «Хотите знать, кто написал эти законы? Это Запад вложил миллионы евро в создание новых кодексов, западные эксперты их написали».

С применением новых кодексов в Кыргызстане действительно возникает множество заминок, и говорить о совершенстве этих нормативных актов точно не приходится. Однако киргизская правоохранительная система всегда славилась повышенной терпимостью не только к семейным, но и к обычным насильникам. Женщинам, страдающим от побоев и изнасилований, нередко приходится добиваться наказания преступников с помощью правозащитных организаций и СМИ — то есть тех самых сил, которые «Кырк чоро» считают «агентами тлетворного Запада». И даже их усилий чаще всего оказывается недостаточно, чтобы обвиняемый получил реальное лишение свободы. Таким образом, позиция Кочорбаева выглядит довольно странно.

Министерство социального развития Кыргызстана в тот же день, 8 января, отчиталось, что ведет работу по предотвращению семейного насилия и даже планировало открыть в стране два государственных убежища для пострадавших. Но, как утверждают в министерстве, Минфин отказался выделить деньги на этот проект. Поэтому жертвам домашнего насилия приходится довольствоваться 14 неправительственными центрами, лишь два из которых (в Бишкеке и Оше) имеют возможность предоставлять пострадавшим место проживания (то есть являются собственно убежищами).

Наконец премьер-министр Киргизии Мухаммедкалый Абылгазиев 9 января выступил с пламенной речью о недопустимости домашнего насилия. «В стране должна быть создана атмосфера категорического неприятия насилия над женщинами и детьми. Каждый должен понимать, что мир и согласие в семье — это одна из важнейших жизненных ценностей», — подчеркнул он. Что касается конкретных мер, то Абылгазиев заявил, что ранее уже была создана рабочая группа, которой поручено усовершенствовать законодательство в сфере борьбы с домашним насилием. Теперь этой группе приказали работать активнее.

Огненная страсть

9 января СМИ сообщили еще об одной криминальной семейной ссоре. Как оказалось, 4 января (в тот же день, когда была убита жительница Баткена) в городе Караколе Иссык-Кульской области бывший сожитель облил бензином и поджег 34-летнюю сотрудницу рынка. Женщина была доставлена в больницу с ожогами лица, рук и ног третьей степени. Возможно, если бы не смерть двух других жертв семейного насилия, широкая общественность так бы никогда и не узнала об этой истории. Но из-за повышенного внимания к этой тематике у потерпевшей появился шанс рассказать о случившемся журналистам.

По ее словам, они жили с мужчиной с 2017 года, официально не регистрируя брак. В 2018 году он попал в изолятор из-за кражи холодильника, но ему удалось примириться с потерпевшими. Вскоре после этого он начал угрожать сожительнице ножом, и она написала на него заявление. В итоге мужчину все-таки отправили в колонию. В 2019 году он освободился, и женщина вновь согласилась не только жить с ним, но и содержать его на заработанные на рынке деньги. При этом мужчина ревновал ее, полагая, что на работе она может флиртовать с другими.

Потерпевшая жительница Иссык-Кульской области. Фото с сайта Turmush.kg

Наконец в декабре пара рассталась — мужчина сам объявил сожительнице «талак» (мусульманский развод). Несмотря на это, он продолжил преследовать женщину, приходил к ней на работу на рынок в нетрезвом виде, один раз в маршрутке плюнул ей в лицо и обматерил. 3 января мужчина поговорил с мужем подруги своей бывшей сожительницы и сказал, что собирается сжечь ее. Подруга с мужем посоветовали женщине быть осторожнее. Однако уже 4 января мужчина вновь приехал на рынок и реализовал свой план.

По словам потерпевшей, она находилась в будке для загрузки товара. В этот момент экс-сожитель подкрался, запер будку, облил бензином и поджег. «Начала гореть, юбка прилипла к ногам. Попыталась выбраться из будки через окно — половина тела была снаружи, половина внутри. Собралось много народу, вызвали бригаду скорой помощи», — рассказывает пострадавшая. Нападавшему удалось скрыться с места преступления, но позднее милиционеры задержали его. Сейчас он находится в СИЗО, его обвиняют в покушении на убийство.

Любимый дядя

Казалось бы, задержание подозреваемого и возбуждение уголовного дела — благоприятный исход ситуации. Однако в Кыргызстане такое развитие событий вовсе не гарантирует ни наказания домашнего тирана, ни безопасности жертвы. Для начала напомним, что вышеупомянутый поджигатель ранее уже отбыл срок за угрозы ножом той же женщине. Конечно, сейчас его обвиняют в более серьезном преступлении, однако это не значит, что в дальнейшем суд не отнесется к нему снисходительно. И не только суд: огромное количество уголовных дел в Киргизии закрываются с формулировкой «примирение с потерпевшим». Иногда за этим скрывается неофициальная выплата компенсации, иногда — угрозы, а иногда — банальное нежелание портить отношения с многочисленными родственниками.

Возможно, что-то подобное произошло 9 января в Бишкеке. В этот день Первомайский районный суд прекратил уголовное преследование мужчины, который менее года назад стал фигурантом громкой медийной истории. Тогда, в апреле 2019 года, жители бишкекского жилмассива «Алтын-Казык» позвонили в милицию и сообщили, что мужчина избивает ребенка. Прибывшие милиционеры увидели восьмилетнего мальчика в синяках и ссадинах и его 33-летнего дядю. Соседи рассказали, что дядя обвинил племянника в краже денег у бабушки, привязал его к машине и протащил около 20 метров. Ребенка доставили в больницу.

Как оказалось, мальчик воспитывался в доме бабушки, потому что его мать находилась на заработках в России. А дети мигрантов в начале 2019 года находились в центре внимания точно так же, как сейчас избитые жены. Тогда от побоев родственников скончались сразу несколько дошкольников, чьи родители уехали в трудовую миграцию. Общественность негодовала, власти начали составлять специальный реестр детей мигрантов… Как результат, события в «Алтын-Казыке» привлекли повышенное внимание. Расследование взял под личный контроль омбудсмен Кыргызстана Токон Мамытов.

Пострадавший в "Алтын-Казыке" мальчик. Фото с сайта Kaktus.media

Но такого рода медийные кампании происходят в Кыргызстане волнами. К настоящему времени обсуждение судеб детей мигрантов поутихло. Принесло ли это обсуждение какие-то результаты? Решение Первомайского районного суда заставляет в этом усомниться. В суде мальчик, ранее рассказывавший про привязывание к машине, в присутствии вернувшейся из России матери поменял показания. Он заявил, что любит своего дядю и что тот никогда его не бил. Травмы мальчик, по его словам, получил при падении с лестницы. Версию о том, что никто никого никуда не привязывал, подтвердили и несколько свидетелей (куда делись соседи, которые ранее рассказывали милиционерам об экзекуции, остается неизвестным).

Мать мальчика сказала, что не имеет претензий к брату, потому что тот компенсировал ей моральный и материальный ущерб. Суд переквалифицировал дело, заменив формулировку «Хулиганство с использованием предметов, предназначенных для причинения вреда здоровью» на «Хулиганство в общественном месте». После этого дело закрыли в связи с примирением сторон. В чем состояло хулиганство и какой ущерб компенсировал дядя, если он никого не бил? Это остается загадкой. Никакого массового возмущения не последовало: дети мигрантов уже не в тренде, сейчас всем интересны избитые женщины.

Семья начинается с насилия

Итак, «правозащитная мода» начала 2020 года в Кыргызстане — избиения женщин. Тренд 2019 года — насилие над детьми мигрантов. А в 2018 году вся Киргизия активно боролась с «похищениями невест». Речь о вольной трактовке народного обычая «ала качуу», набравшей популярность в последние годы. Исследователи киргизской культуры подчеркивают, что на самом деле в древности под термином «ала качуу» понимался добровольный побег девушки с возлюбленным. То же, что стали называть этим словом сейчас, в древности именовалось «зордук» — насильственное похищение, изнасилование.

В общем, современные молодые кыргызстанцы нередко отказываются от утомительных знакомств и свиданий, а просто-напросто затаскивают понравившуюся девушку в машину и везут ее к себе в дом. Там родственницы похитителя уговаривают потерпевшую выйти замуж. Они напоминают ей, что по традиции девушка, вернувшаяся к родителям после похищения, считается опозоренной. Нередко это срабатывает, приглашенный на дом священнослужитель быстро проводит никах (мусульманский обряд бракосочетания), и молодая семья начинает супружескую жизнь (порой для того, чтобы через несколько лет повзрослеть, рассориться и уехать в миграцию, оставив родившихся за это время детей на попечении агрессивной родни).

В мае 2018 года такое «романтическое событие» обернулось трагедией. Похититель Марс Бодошев, будучи задержанным, прямо в отделении милиции зарезал потерпевшую — 19-летнюю Бурулай Турдалиеву. Это вызвало громогласный отклик общественности. Имя Бурулай стало нарицательным, про нее снимали фильмы, пели песни, организовывали кампании социальной рекламы. Некоторое время после гибели девушки каждый новый случай «ала качуу» широко освещался в СМИ. Бодошеву осенью 2019 года дали 20 лет колонии, а троих милиционеров, присутствовавших при убийстве, оштрафовали за халатность. Еще двоих милиционеров оправдали.

Казалось, это прорыв, и никаких похищений в Кыргызстане скоро не будет. Но еще до вынесения приговора все затихло, и «ала качуу» вновь начали представлять в положительном свете в киргизском кино и светской хронике. За первое полугодие 2019 года в стране похитили 118 девушек, и это только те случаи, о которых стало известно правоохранительным органам. Сообщения о новых похищениях все еще публикуются в СМИ, но уже не вызывают особого резонанса.

Любовь по принуждению

В декабре 2019 года к журналистам обратилась жительница Иссык-Кульской области Нурсалима Советбекова, которая рассказала историю даже не об «ала качуу», а о чем-то еще более сомнительном. Если верить потерпевшей, в ее случае похититель даже не попытался оправдаться созданием семьи. Все, что ему было нужно, — это секс и насилие.

По словам Советбековой, она до недавних пор жила без мужа, со своими родителями и детьми. В начале сентября она отдыхала с подругой в доме мужчины, который сдает комнаты. Друг хозяина дома по имени Азиз сначала изнасиловал ее, а через два дня нашел и сказал, что если она не согласится с ним жить, то он убьет ее детей и родителей. Якобы мужчина подчеркивал, что наказание ему не грозит, потому что его родственники работают в милиции. В итоге жертва и похититель прожили около трех месяцев в том самом доме друга Азиза. Затем Советбекова забеременела и попросила у Азиза разрешения сделать аборт. Тот не согласился. После этого она решилась обратиться в милицию с жалобой на побои и изнасилования, однако оказалось, что у обвиняемого и правда немало родных среди милиционеров.

8 января Советбекова сообщила журналистам, что в отместку за ее медийную активность Азиз избил ее и сбросил в озеро Иссык-Куль. После этого в УВД Иссык-Кульской области рассказали об итогах допроса обвиняемого. По его версии, Советбекова сожительствовала с ним добровольно, а затем они поссорились из-за его нежелания разводиться с официальной супругой. Азиз утверждает, что они вместе с сожительницей решили прервать беременность, но затем он узнал от врачей, что она сама отказалась от аборта. Позднее она якобы стала вымогать у него деньги, а услышав отказ, пригрозила «сделать его звездой интернета и сгноить в тюрьме». В УВД также заявили, что факт изнасилования Советбековой в день знакомства с Азизом не подтвердился. Соответствующие показания дали двое свидетелей — хозяин дома и его возлюбленная (подруга Советбековой).

9 января УВД Иссык-Кульской области объявило, что дело об изнасиловании Советбековой закрыто в связи с отсутствием состава преступления, а вот расследование дел о побоях и хулиганстве пока продолжается. В УВД добавили, что психиатрическая экспертиза признала потерпевшую склонной к фантазиям (хотя и вменяемой).

В случае Советбековой и Азиза действительно сложно угадать, сколько правды в словах каждой из сторон. Вполне возможно, что оба сожителя искренне верят в то, что говорят. С точки зрения мужчины, он проявил настойчивость и добился желаемого. С точки зрения женщины, она долго терпела, а дальше не смогла. Что там было на самом деле — будет оставаться вопросом личного восприятия, пока в обществе существует стереотип, согласно которому для мужчины естественно настойчиво добиваться своего (в том числе с помощью кулаков), а для женщины — терпеть до последнего (в том числе пряча синяки). В противном случае мы остаемся на зыбкой почве рассуждений о том, «слишком или не слишком был настойчив», «достаточно или недостаточно терпела».

Сотрудники правоохранительных органов, конечно, не должны отказываться принимать заявления об изнасилованиях и побоях, выгораживать своих родственников, брать взятки. Но стоит помнить, что все-таки не все зависит только от правоохранителей. Пока милиционеры и судьи знают, что потерпевшая по делу об угрозе убийством после отсидки сожителя может спокойно продолжить отношения, они не смогут относиться к таким уголовным делам с должной степенью серьезности. Пока матери избитых родственниками детей просят о снисхождении к обвиняемым — судьям будет трудно выносить действительно суровые приговоры.

Но почему мужчины бьют, а женщины терпят и учат терпеть детей? Потому что считают, что «это нормально», что «все так живут», что «без этого невозможна любовь и страсть»… Иными словами, речь о каких-то базовых ценностях и установках. А чтобы изменить сознание общества, необходима более серьезная работа, нежели периодические информационные кампании вокруг особенно вопиющих преступлений.

https://fergana.agency/articles/114062/
Назад

Актуально

Фотогалерея


Видео


Статистика