Кто окучивает финансовые грядки в Центральной Азии

Регион / Экономика    14 ноя., 14:25, 2017 г.    74

Пытающиеся играть в глобальные игры должны помнить, что лояльность других стран им придется постоянно покупать

Читайте предыдущую статью Досыма САТПАЕВА «Есть у революции начало. Нет у революции конца».

Российское отступление

Недавно заместитель министра иностранных дел РФ Александр ПАНКИН назвал сумму финансовой помощи России странам Центральной Азии за последние 10 лет, которая составила более $6 млрд. Что касается объема российских инвестиций в регионе, то они колеблются в диапазоне $20 млрд.

Судя по всему, существенная часть этой суммы уходит в Казахстан.

Согласно данным Комитета по инвестициям Министерства по инвестициям и развитию РК, за последние 12 лет объем российских инвестиций в экономику страны равен $10,8 млрд.

Что касается других стран Центральной Азии, то экономическая активность России в регионе за последние годы уменьшилась. Это случилось по разным причинам: начиная от сложной финансово-экономической ситуации и заканчивая разногласиями с руководством некоторых из стран ЦА.

Из пятерки «станов» такие разногласия в свое время возникли с Туркменистаном, Таджикистаном и Кыргызстаном.

Например, российская компания «Газпром» несколько лет назад разорвала газовый контракт с Туркменистаном, который отказался пойти на уступки по цене за голубое топливо. Закупку туркменского газа Россия приостановила до конца 2018 года. Более того, в 2015 году в Стокгольмском арбитраже даже началось разбирательство по этому поводу, где «Газпром» требовал возврата $5 млрд переплаты за газ. В свою очередь, Ашхабад заявил, что «Газпром» не платит за газ и назвал российскую компанию «банкротом».

Вполне возможно, что недавний визит президента России Владимира ПУТИНА в Туркменистан как раз имел своей целью снизить напряженность между двумя странами. Но Восток есть Восток. У Москвы это получится сделать, только если она предложит финансовый «пряник» Туркменистану, который сейчас находится в довольно сложном финансово-экономическом положении.

В прошлом году также продолжился конфликт между киргизскими властями и российской компанией «Русгидро», которая пригрозила правительству Кыргызстана международным арбитражем, если ей не будут выплачены $37 млн инвестиций, уже вложенных в проект «Верхне-Нарынский каскад ГЭС».

Еще в январе 2016 года президент Кыргызстана Алмазбек АТАМБАЕВ подписал закон о денонсации соглашений с Россией о совместном строительстве на территории республики Верхне-Нарынского каскада ГЭС и ГЭС «Камбар-Ата-1».

Это межправительственное соглашение было подписано в октябре 2012 года.

Но через несколько лет руководство Кыргызстана заявило, что неблагоприятная ситуация в экономике России ставит под сомнение выполнение договоренностей о финансировании проектов, поэтому Бишкек будет искать новых инвесторов.

Что касается Таджикистана, то, по оценке экспертов, доля РФ в общем объеме инвестиций сегодня составляет около 8%, хотя еще в 2010 году эта цифра равнялась почти 30%. Кстати, в 2016 году в Таджикистане уже прекратило свою деятельность представительство российской компании «Русал», которая обещала завершить Рогунскую ГЭС и построить алюминиевый завод в Дангаре, но так и не реализовала эти проекты.

Свою активность сократила и компания Gazprom International (дочерняя компания «Газпрома») по исследованию нефтегазовых ресурсов на юго-западе и севере страны.

После Казахстана определенным приоритетом для России с точки зрения увеличения инвестиций может быть Узбекистан. Известно, что российские «Газпромбанк» и «Внешэкономбанк» собираются выделить кредитную линию Национальному банку внешнеэкономической деятельности Узбекистана на общую сумму $1 млрд, на финансирование инвестиционных проектов в разных отраслях промышленности страны. Еще одним крупным инвестором может стать российский олигарх узбекского происхождения Алишер УСМАНОВ, который после прихода к власти нового президента Узбекистана Шавката МИРЗИЁЕВА, с которым у него давние дружеские и партнерские связи, активизировал свою деятельность на родине.

С другой стороны, несмотря на сокращение инвестиционного присутствия в Центральной Азии, у России пока остается важный инструмент экономического и политического давления на некоторые страны региона.

Речь идет о трудовых мигрантах - в первую очередь, из Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана, - которые работают в основном в России и чьи денежные переводы оказывают существенную помощь экономикам этих стран.

По подсчетам экспертов, в 2016 году денежные переводы из России в Узбекистан составили $2,7 млрд, в Таджикистан – $1,9 млрд, в Кыргызстан – $1,7 млрд. Как отмечают аналитики, в Таджикистане доля денежных переводов от трудовых мигрантов в структуре ВВП составляет около 50%, а в Кыргызстане - почти 30%.

Китайское усиление

В то время как Россия сокращает свое экономическое присутствие в Центральной Азии, инвестиционная активность Поднебесной набирает обороты. Как показал октябрьский XIX съезд Коммунистической партии Китая (КПК),  инициатива председателя КНР СИ Цзиньпина «Один пояс - один путь» была даже включена в обновленный устав КПК. И не случайно, поскольку Пекин рассматривает эту инициативу как основу для своей новой экономической стратегии на долгие годы вперед, в том числе с подключением к ней всех стран Центральной Азии.

При этом активное присоединение соседних государств к инициативе «Экономический пояс Шелкового пути» для Китая имеет также прямую увязку с экономическим развитием своих северо-западных регионов, в первую очередь СУАР.

По официальной статистике, в начале 2017 года товарооборот СУАР с Россией, Монголией и пятью странами Центральной Азии уже составил около $1,9 млрд, увеличившись на 34,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Пекин также активно наращивает двусторонние экономические связи с каждой из стран нашего региона. По данным того же Комитета по инвестициям МИР РК, за последние 12 лет Китай вложил в экономику Казахстана $14,5 млрд. А всего общий объем инвестиций Китая в казахстанскую экономику за все годы независимости РК превысил $42,8 млрд.

Насколько можно понять, значительная часть китайских инвестиций пошла в нефтегазовый сектор Казахстана, так как странным совпадением является то, что, по заявлению китайской нефтегазовой компании China National Petroleum Corporation (CNPC), за последние 20 лет общая сумма инвестиций компании в нефтегазовые проекты в Казахстане превысила всё те же $42 млрд.

В любом случае, Китай давно уже оттеснил Россию и другие страны с инвестиционного пьедестала в большинстве стран Центральной Азии.

Например, в 2016 году прямые инвестиции Китая составили 60% от общего объема привлеченных Таджикистаном иностранных средств, в основном в горнодобывающую сферу.

Для Туркменистана Китай является основным покупателем газа, приобретая около 30 млрд кубометров в год. К тому же  Китай с 2009 года предоставил Ашхабаду свыше $8 млрд в кредит на развитие газового месторождения Галкыныш.

В Кыргызстане, по официальным данным, зарегистрировано около 600 предприятий с участием китайского капитала, которые работают в разных сегментах экономики: от разработки месторождений полезных ископаемых до строительства и энергетики.

В мае 2016 года, во время официального визита в Кыргызстан глава МИД Китая ВАН И предложил, по аналогии с Казахстаном,  даже рассмотреть возможность переброски из КНР в Кыргызстан 40 или более производств. Кстати, уже сейчас уровень внешнего государственного долга Кыргызстана самый высокий в Центральной Азии и составляет 60% от ВВП, или около $4,7 млрд. При этом значительная часть средств на его обслуживание уходит государственному Экспортно-импортному банку Китая, предоставившему Кыргызстану кредитов примерно на $1,4 млрд.

Что касается Узбекистана, то по итогам официального визита президента Шавката Мирзиёева в Китай весной этого года было подписано 105 двусторонних документов в сфере энергетики, нефтепереработки, модернизации электростанций, сельского хозяйства, транспортной отрасли и т. д. на сумму около $23 млрд.

Всё это указывает на то, что практически все страны Центральной Азии на долгие годы существенно повысили риск попасть в инвестиционно-кредитную зависимость от Китая, который отнюдь не занимается финансовой благотворительностью. Выход может быть только в жестком отстаивании своих национальных интересов и поддержании баланса сил в сфере привлечения иностранных инвестиций, не делая резких перекосов в сторону одного из игроков, что грозит превратить любую страну в политического сателлита, а также в придаток чужой экономики.

Прощупывание мусульманского мира

В глаза бросается то, что в последние несколько лет некоторые страны Центральной Азии не менее активно пытаются привлечь инвестиции из разных стран мусульманского мира.

В марте этого года президент Туркменистана Гурбангулы БЕРДЫМУХАМЕДОВ, будучи с официальным визитом в Катаре, пригласил инвесторов вложиться в туркменскую экономику, а именно - поучаствовать в строительстве магистрального газопровода Туркменистан - Афганистан - Пакистан - Индия (ТАПИ).

Президент Таджикистан Эмомали РАХМОН в мае 2017 года совершил государственный визит в Саудовскую Аравию, которая внимательно следит за нарастающим политическим конфликтом между Таджикистаном и Ираном, после того как в 2015 году Рахмон запретил «Партию исламского возрождения», которая была признана террористической организацией.

Но власти Ирана пригласили ее лидера Мухиддина КАБИРИ на конференцию в Тегеране «Исламское единство», и его принял лично аятолла Али ХАМЕНЕИ. В ответ Таджикистан ограничил иранский импорт в страну, стал закрывать филиалы иранских компаний и запретил деятельность филиала иранского благотворительного комитета помощи «Имдод» имама ХОМЕЙНИ.

Более того, министерство внутренних дел Таджикистана обвинило Иран в финансировании террористов в годы гражданской войны в стране в 90-х годах. В результате товарооборот между двумя странами сократился с $290 млн в 2013 году до $115 млн в 2016-м. На этом фоне Эр-Рияд заявил Эмомали Рахмону о готовности предоставить Душанбе долгосрочный кредит для завершения строительства Рогунской ГЭС, а также выделил Таджикистану грант в размере $35 млн для строительства новых школ.

В свою очередь, в октябре текущего года глава Узбекистана Шавкат Мирзиеев посетил с государственным визитом Турцию. Это был ответный визит: ровно год назад, после долгого перерыва, в Узбекистан с официальным визитом приехал президент Турции Реджеп ЭРДОГАН.

В феврале 2017 года, в ходе визита правительственной делегации Узбекистана в Турцию, были заключены контракты на $1 млрд, а по итогам прошедшего в мае в Ташкенте IV заседания межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству подписаны договоры более чем на $2 млрд. Что касается визита Шавката Мирзиеева, то в первый его день по итогам переговоров президентов Узбекистана и Турции в Анкаре было подписано более 20 документов в различных сферах сотрудничества.

Закат Запада

Что касается позиций западных инвесторов в Центральной Азии, то они явно ослабли. По объему привлеченных западных инвестиций в регионе пока лидирующие позиции занимает Казахстан.

Согласно данным комитета по инвестициям МИР РК, первое место по инвестициям у Нидерландов, откуда в казахстанскую экономику за последние 12 лет пришло $73,2 млрд. Хотя возникает такое ощущение, что часть этих инвестиций имеет казахстанское происхождение и они поменяли свое «гражданство» через разные офшорные операции.

Также в списке ведущих западных инвесторов находятся США ($28,4 млрд), Швейцария ($18,2 млрд), Франция ($13,6 млрд), Великобритания ($12,3 млрд), Италия ($5,8 млрд) и Бельгия ($5,4 млрд).

Опять же, основная часть инвестиций шла в добывающий сектор. Как заявил президент Казахстана в августе текущего года во время встречи с заместителем министра энергетики США Дэном БРУЛЭТТОМ, крупнейшие нефтяные компании США вложили в казахстанскую экономику $40 млрд.

Главным образом речь идет о нефтегазовом секторе страны. Что касается других стран Центральной Азии, то присутствие западного капитала здесь, по сравнению с 90-ми годами, существенно сократилось, в том числе, по причине высоких инвестиционных рисков и серьезного уровня коррупции.

Хотя в этом году исполнилось ровно 10 лет с момента принятия первой «Стратегии Европейского Союза в Центральной Азии», где говорилось о необходимости более тесного сотрудничества, но за эти 10 лет, свои финансово-экономические и внутриполитические проблемы возникли в рамках самого ЕС.

Если с инвестиционной точки зрения приоритетом для американских компаний был Казахстан, то основным получателем финансовой помощи по линии различных политических, образовательных и прочих программ Госдепартамента США в Центральной Азии стал Кыргызстан.

В 2018 году эта республика может столкнуться с сокращением финансирования с $48,4 млн до $17,5 млн. По крайней мере, президент США Дональд ТРАМП уже предложил сократить финансовую помощь странам Центральной Азии и Кавказа с $218,1 млн в 2016 году до $93,1 млн в 2018-м.

Естественно, природа не терпит пустоты. И этот вакуум «мягкой силы» будут заполнять другие страны.

В первую очередь - Китай, который активно наращивает финансирование разных образовательных, культурных и медийных совместных проектов со странами Центральной Азии в рамках инициативы «Экономический пояс Шелкового пути», пытаясь повысить уровень лояльности к себе не только со стороны элит, но и местного населения.

 

http://ratel.kz/outlook/kto_okuchivaet_finansovye_grjadki_v_tsentralnoj_azii

Назад

Актуально

Фотогалерея


Видео


Статистика