«Карты, деньги, два ствола»

Кыргызстан / Политика    13 июля, 13:51, 2017 г.    85

Победу на будущих президентских выборах в Кыргызстане определят деньги, внешний фактор и административный ресурс. Такой вывод позволяет сделать опрос экспертов, непосредственно вовлеченных в выборный процесс. Причем  именно в такой последовательности, по мере убывания степени влияния перечисленных «составляющих успеха».

Недавние визиты президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева в Москву и председателя Государственной думы Федерального Собрания РФ Вячеслава Володина в Бишкек окончательно определили расклад предстоящих осенью президентских выборов в республике, однако до сих пор нельзя с уверенностью назвать имя будущего президента.

При этом наблюдатели подчеркивают, что прием кыргызского президента в Москве, несмотря на то, что он вскоре покинет свой пост, прошел «по самому высшему разряду»: протокольные мероприятия были подчеркнуто помпезными и торжественными, а Путин всячески демонстрировал высокую степень расположения к своему кыргызскому коллеге и даже лично провел его с экскурсией по тем палатам московского Кремля, куда нет доступа многим его обитателям.

Также в пользу Атамбаева можно зачесть тот факт, что 20 июня министр финансов РФ Антон Силуанов и министр финансов Кыргызстана Адылбек Касымалиев подписали протокол к соглашению об урегулировании задолженности Кыргызстана перед Россией по ранее предоставленным кредитам. Протокол предусматривает списание долга на  240 млн долларов. До этого, в первом полугодии 2016 года, Россия списала Кыргызстану долги на сумму 30 млн долларов, и на конец июня 2016 года общий долг республики перед РФ составлял  270 млн долларов. А всего за последние одиннадцать лет Россия списала Кыргызстану  703,2 млн долларов внешнего долга.

Опрос экспертов, непосредственно вовлеченных в процесс предстоящих выборов в Кыргызстане, показал отсутствие на данный момент явного фаворита, однако очень четко позволяет сделать вывод о том, что результаты выборов определят количество потраченных денежных ресурсов, внешний фактор и административный ресурс. И именно в такой последовательности — по мере убывания степени влияния перечисленных «составляющих успеха».

В февральской статье (Кыргызстан. На старте президентской гонки), посвященной предстоящим выборам в Кыргызстане, я писал о том, что на этот раз возможность использовать административный ресурс будет весьма ограничена. Не факт, что это понимают власти в Бишкеке, традиционно рассчитывая за счет него добиться победы Сооронбая Жээнбекова.

Однако сегодня ситуация осложнилась:  кроме того, что позиции СДПК (Социал-демократической партии) на местах, мягко говоря, не внушают оптимизма, добавился серьезный фактор раскола внутри правящей партии. Не зря проведение съезда и выдвижение на нем единого кандидата от социал-демократов затянулось надолго. По всей видимости, съезд все же состоится 15 июля, и действующий премьер-министр официально будет выдвинут в качестве единственного кандидата от правящей партии, однако «продавливание» данного вопроса потребует от команды Атамбаева значительных материальных затрат в пользу коллег по партии, которых кандидатура Жээнбекова явно не устраивает.

Но провести съезд партии и утвердить на нем предпочтительного для Атамбаева кандидата – это далеко не главное. Намного сложнее решить проблему с реально низким рейтингом кандидата от правящей партии. Кроме того, к выборам будет допущен Омурбек Текебаев (депутат Жогорку Кенеша четырёх созывов, лидер партии «Ата-Мекен» и движения «За реформы!») что еще больше ослабит шансы Сооронбая Жээнбекова.

Находящиеся сейчас в Бишкеке политтехнологи (из одной российской компании, подконтрольной одной уважаемой даме из числа заместителей губернатора одной из российских областей, не очень близко расположенной к Москве) говорят о том, что 6% реального рейтинга это очень мало, и «с этим что-то нужно делать». Что конкретно делать, они, честно говоря, не знают, но, как люди опытные и изучившие текущую ситуацию, соглашаются с тем мнением, что использование административного ресурса в этот раз будет весьма ограничено. Фальсифицировать результаты выборов будет невозможно, и сама попытка фальсификации может стать самоубийственной для нынешней власти.

При этом очевидно, что Кыргызстан не вынесет третьей революции — в случае очередной насильственной смены власти он может распасться на отдельные регионы, не имеющие централизованного управления и контролируемые региональными группировками. Понимая это, в Бишкеке рассчитывают на то, что победы  Жээнбекова можно будет добиться в ходе второго тура. Как известно, недавно была изменена дата выборов с 19 ноября на 15 октября, и этот перенос связан именно с тем, что стало понятным:  добиться нужного результата в ходе первого тура не получится.

Наиболее распространенной технологией на предстоящих выборах, по всей видимости, станет покупка голосов избирателей. Для этого от команды Атамбаева потребуются весьма серьезные затраты. Но не только. Команда Атамбаева рассчитывает на то, что в ходе подготовки второго тура получится фактически принудить Бакыта Торобаева призвать своих сторонников проголосовать с пользу «кандидата с юга», каковым является Жээнбеков.

Бакыт Торобаев в предвыборном пасьянсе был наиболее интересным и перспективным кандидатом и мог реально стать джокером в выборной колоде. Однако злую шутку с ним сыграла собственная команда, в которой оказались люди настолько яро националистически настроенные, что «отбили охоту» внешним заинтересованным игрокам (о внешнем факторе ниже) рассматривать Торобаева в качестве основного кандидата.

Плюс к этому был упущен момент для старта его предвыборной кампании —  у этого кандидата достаточно сильных сторон, а также собственных и привлекаемых финансов, которые позволяют говорить о его дальнейшей политической карьере, однако его президентская кампания требовала наибольших временных затрат и, пожалуй, должна была стать самой дорогостоящей. То есть, другими словами, за оставшееся время до выборов фактически уже невозможно сделать то, что нужно было начинать в марте этого года.

Безусловным является то, что ни один эксперт, даже находящийся в стране, не может на все сто процентов предугадать ход дальнейших событий, в том числе будущий характер взаимодействия команд Жээнбекова и Торобаева. Однако все опрошенные указывают на то, что именно Торобаев занимает наиболее жесткую позицию по отношению к действующей власти. Чтобы договориться с ним в ходе подготовки второго тура выборов, команде действующего президента необходимо будет сделать такое предложение, от которого Торобаев не сможет отказаться, не потеряв собственного лица. И также однозначно то, что его не удастся принудить к сотрудничеству.

Примерно аналогичным образом складываются перспективы другого кандидата – Темира Сариева. Для внешних игроков он мог стать допустимой компромиссной фигурой. Однако он так и не смог привлечь достаточного количества финансов,  а его поддержка со стороны Камчыбека Ташиева, Аматбека Келдибекова и Аликбека Джекшенкулова не сможет стать необходимым условием победы на юге.

Несоразмерность личных амбиций с реальными ресурсами играет сейчас не в его пользу. Все без исключения эксперты говорят, что шансы Сариева на победу в президентской гонке есть, но его ресурсов не хватит, в связи с чем он станет договороспособен с командой действующего президента, и ни в коем случае не пойдет на «окончательное обострение». Кроме того, они указывают, что в ходе президентской кампании Сариева достаточно легко скомпрометировать – именно ему будет вменяться отсутствие  подготовленности Кыргызстана к вступлению в ЕАЭС.

Прежде чем говорить о перспективах Омурбека Бабанова необходимо несколько слов сказать о внешнем факторе. Так как именно Бабанов будет наиболее активно и эффективно его использовать.

Говоря о внешнем факторе, прежде всего, мы предполагаем влияние России, США, Европейского Союза, Китая и Казахстана. Влияние ЕС можно опустить, так как этот фактор реально не окажет какого-либо существенного влияния на результаты предстоящих президентских выборов. Фактор Китая также понятен – по большому счету Китай устроит любой из известных кандидатов, так как его экономические интересы в Кыргызстане мало зависят от того, кто будет в нем президентом. К тому же ко всем наиболее перспективным кандидатам китайцы давно нашли индивидуальные подходы.

Намного сложнее с влиянием России, которой однозначно небезразлично, кто займет президентский пост в Кыргызстане. Салафизация и ваххабизация населения Кыргызстана, мягко говоря, не радует Москву, и  на посту президента в Кремле хотели бы видеть человека, который понимает и разделяет эту угрозу. В этой связи кандидатуры Жээнбекова и Торобаева вызывают некоторую тревогу.

Президент, контролирующий силовой блок, спецслужбы и прокуратуру, продолжит оставаться ключевым звеном всей системы государственного управления Кыргызстана. Поэтому, возможно, для Москвы на посту президента был бы более удобен секретарь Совета безопасности КР Темир Джумакадыров или  другой силовик, например, Абдиль Сегизбаев, нынешний руководитель ГКНБ.

Примечательным является тот факт, что недавно Атамбаевым был подписан Закон «О Совете безопасности Кыргызской Республики», принятый Жогорку Кенешем КР 25 мая 2017 года, который весьма значительно расширил полномочия Совбеза. Таким образом, его глава становится весьма влиятельной фигурой в иерархии кыргызской власти.

Президентскими амбициями обладает и спикер парламента Чыныбай Турсунбеков, с которым недавно встречался Вячеслав Володин и который является понятной для Кремля фигурой.

Однако в Москве прекрасно понимают, что «протащить своего кандидата», не имеющего реальной поддержки в обществе, в настоящее время фактически невозможно: очень затратно и требует фактически полной ответственности за дальнейшее развитие внутриполитической ситуации в Кыргызстане. К тому же, в Москве нет такой, как модно говорить, «башни», которая взяла бы на себя подобного рода ответственность.  Поэтому сегодня, кто бы что ни говорил и какие бы слухи не распространял, «кандидата от Кремля» не существует. В этом смысле  в неоднократных заявлениях о том, что официальный Кремль не будет вмешиваться в процесс выбора нового президента Кыргызстана, нет никакого лукавства.

Другое дело, что в Москве есть некие группы влияния, готовые в рамках своих частных инициатив пытаются «играть в политику».  Наиболее показательным примером являются попытки «раскрутки» Таалбека Масадыкова. Это некая потешная «полукоммерческая» тема, суть которой в том, чтобы нашелся «богатый буратино», готовый вложиться во внутреннюю кыргызскую политику, а «серьезная группа товарищей в генеральских погонах» поможет потратить «буратинины» деньги.

При этом Таалбек Масадыков может оказаться действительно перспективном политиком и просто достойным человеком, однако «чудес не бывает», и попытки «слепить из него президента» со стороны выглядят, мягко говоря, наивно.

К слову сказать, другая «серьезная группа, но в полковничьих погонах» действует более эффективно в интересах бывшего премьер-министра страны Омурбека Бабанова, которого достаточно грамотно и ненавязчиво ввели в российское информационное поле и будут по нарастающей раскручивать за его собственные финансы по мере приближения даты выборов.

При этом необходимо подчеркнуть, что в кыргызском обществе действительно есть запрос на новые лица и усталость от старых политиков. Но все же «слепить президента» за полгода до выборов весьма проблематично, а попытки выглядят авантюристично.

Кстати, нельзя сказать, что Бабанов является желательной для Кремля кандидатурой. В его победе весьма кровно заинтересованы, хотя и не афишируют это, два иных внешних игрока, а именно США и Казахстан. При этом в силу внутренних проблем в США и перестройкой в Госдепе нельзя говорить о том, что американское вмешательство в эти кыргызские президентские выборы будет решающим. А вот для Казахстана победа Бабанова более чем желательна.

Отношения двух соседних государств, к сожалению, нельзя назвать безоблачными – несмотря на кажущуюся близость, кыргызы и казахи «находятся не на одной волне». В этой связи для Астаны нежелательны на посту президента ни Торобаев, ни Жээнбеков, а Бабанов является наиболее оптимальным кандидатом. Аналогичным образом Бабанов рассматривается и казахстанским бизнесом, чьи позиции в соседней стране после 2010 года несколько сократились.

Пока, если выбирать между Жээнбековым и Бабановым, кандидатура действующего премьер-министра более предпочтительна для Кремля, даже несмотря на то, что несколько настораживают «его связи в Персидском заливе». Однако шансы Омурбека Бабанова, обладающего профессиональной командой и достаточными финансовыми ресурсами, на данный момент видятся предпочтительными. К тому же, он достаточно эффективно распоряжается собственными финансами и, как было сказано выше, уже приобрел сторонников в Москве, способных лоббировать его интересы в Кремле, а также вести качественную работу в российских СМИ.

В результате этого можно спрогнозировать, что его рейтинги будут расти, и для Москвы он станет «допустимой нежелательностью», даже несмотря на то, что в случае его победы внешняя политика Кыргызстана станет заметно прозападнее.

На данный момент также остается открытым вопрос о взаимоотношениях Бабанова и Атамбаева. Опрошенные эксперты заявляют, что между ними нет необходимой степени доверия, и, в отличие от иных кандидатов, Бабанов настроен на победу и не будет склонен к компромиссу в пользу Атамбаева. Однако, возможно, им удастся избежать конфронтации. По крайней мере, один из экспертов подсказал, что Бабанов был посаженным отцом со стороны жениха на свадьбе дочери действующего президента. То есть их антагонизм носит не такой уж однозначный характер.

Говорить долго о других кандидатах не представляется необходимым. В этот раз избирательный залог будет увеличен до одного миллиона сомов, и хотя самовыдвиженцев может быть сколько угодно,  реально зарегистрироваться в качестве кандидатов захотят немногие. Поэтому, на мой взгляд, основная интрига предстоящих выборов все же будет вокруг перспектив Омурбека Бабанова.

ОБ АВТОРЕ:Андрей МЕДВЕДЕВ – российский политолог, исполнительный директор АНО «ЦПТ «ПолитКонтакт»

 

http://kz.expert/archives/4798

Назад

Актуально

Фотогалерея


Видео


Статистика